Посмотреть кино

Вернемся к фильму Михаила Ромма «Обыкновенный фашизм» и его признанию в том, что при работе он вдохновлялся принципами «монтажа аттракционов». Хотя слово «аттракцион» в данном случае и впрямь может показаться неуместным, хотя многие последние новинки кино 2011 года используют этот прием.

Ромм, по его словам, старался выстраивать и монтировать фильм так, чтобы каждый эпизод был мощным эмоциональным ударом и чтобы следующий эпизод по возможности был контрастным по отношению к предыдущему и неожиданным для зрителей.

Вот как сам Михаил Ромм писал о монтажном построении первых эпизодов своей картины:

«В зале темнеет, на экране надпись «Обыкновенный фашизм», глухой звук барабана и перечень хранилищ и музеев. Зритель ждет мрачного, тревожного или страшного зрелища, но вместо этого первый же кадр вызывает неожиданную улыбку: «Веселый кот».

Идут детские рисунки, дети. Затем – студенты. И ничего торжественного, величественного нет: студенты сняты скрытой камерой, они просты до предела, иногда забавны. За студентами кавалеры, ждущие своих девушек. Это вызывает смех. За кавалерами – любящие пары, женщины поправляют мужчинам галстуки. И опять смех.

Затем фраза о матерях, о детях и наиболее смешные рисунки: «Моя мама самая красивая». Громкий смех в зале. Он еще звучит, когда на экране проходят два кадра: берлинский малыш и московский малыш. И тут же – выстрел. Мать с ребенком, эсэсовец стреляет ей в спину.

В зале мертвая тишина, так тихо, что не слышно дыхания людей. И сразу вслед за призраком прошлого – девочка смотрит. Это снова современность. Она старается вглядеться. Перед нею – труп другой девочки с матерью. Это снова прыжок в прошлое, в 1941 или 1942 год. Пять-шесть кадров: трупы, колючая проволока. Музей Освенцима.

Снова современность. Но уже от прошлого не оторвешься – оно за стеклом витрин музея, оно поросло травой, но оно рядом. Медленные панорамы, глухой колокол… И внезапный рев восторга, толпа – и фюрер. Он простер руку вперед, он мнит себя великим, титаном, повелителем мира, он в расцвете своей чудовищной власти.

Сам режиссер признавал, что одним из решающих мгновений стало то, когда он решил строить свой фильм по методу «монтажа аттракционов». Термин «монтаж аттракционов» ввел в теорию и практику мирового кино Сергей Эйзенштейн. Сделаем небольшое отступление и поговорим об этом очень интересном методе работы чуть подробнее.

Историк и исследователь кино Наум Клейман пишет: «Само слово «монтаж» появилось в словаре Эйзенштейна за два года до его прихода в кино – в 1922 году, из журнала «Вещь», который издавал в Берлине Илья Эренбург.

Год спустя оно вошло в заглавие первого же его теоретического манифеста – «Монтаж аттракционов». Все годы потом кипели страсти вокруг второй половины этой двуединой формулы.

Сергей Михайлович удивлялся, почему приходилось вновь и вновь растолковывать, что он имел в виду не трюки и не цирковые аттракционы (коих, впрочем, было множество в его спектакле «На всякого мудреца довольно простоты»), а любые «притягивающие» зрителя, какие возникают, например, если смотреть Дикий ангел онлайн, и «воздействующие» на него (то есть, пользуясь латынью, «аттрагирующие») элементы зрелища.

В его манифесте были перечислены всего несколько из множества разнородных элементов «театрального аппарата»: «говорок» актера Остужева (из Малого театра) и цвет трико примадонны (из Большого), удар в литавры (в любой пьеске) и монолог Ромео (у Шекспира), «сверчок на печи» (знаменитый «настроенческий» звуковой аттракцион в Художественном театре у Станиславского) и «залп под местами для зрителей» (шоковый финал его собственного «Мудреца» в Первом Рабочем театре Пролеткульта).

Аналитическое вычленение «элементов воздействия» было сродни не только опытам кубизма, но и экспериментам новейшей физики, в те годы приступавшей к расщеплению «неделимого» атома на элементарные частицы («электроны», позитроны, нейтроны» и т. д.), из которых «смонтирован» мир».

Документальное кино не давало ни малейшего представления о подлинной жизни III Рейха. Кроме того, режиссер почувствовал, что задуманный анализ немецких фильмов – затея достаточно умозрительная. Вряд ли она так уж увлечет большинство зрителей.

Опытный режиссер прекрасно понимал, к чему все это может привести. Крах будущей картины казался неминуемым. В своих воспоминаниях режиссер рассказывает, как старался скрыть от съемочной группы растерянность, как перед входом на «Мосфильм» придавал своему лицу бодрый и решительный вид.

Но, несмотря на эти актерские этюды (к слову, без них не обойтись никому: съемочная группа должна верить в своего режиссера!), Ромм без устали искал настоящее режиссерское решение фильма. И происходило все это уже в разгар съемок и даже при монтаже!

Фильм «Обыкновенный фашизм» стал одним из самых ярких советских документальных фильмов.

Новаций в нем великое множество. Это один из немногих Документальных фильмов, который собирал длинные очереди перед кинотеатрами.

Режиссер достиг своей цели.

Пусть не сразу.

Пускай в результате многомесячных отчаянных попыток выбраться из творческой ловушки, в которую он попал.

В результате Михаил Ромм сделал фильм вовсе не о немецком кино и не только о фашистской Германии. Это был фильм и о нас, о жизни в любой тоталитарной стране.

И каждый, кто смотрел на экран, думал не столько о побежденной уже Германии, сколько о нашей собственной жизни, об отношении нашей власти к народу, к интеллигенции, к обычному человеку. И сделано все это было лет за двадцать до начала перестройки.

Хорошо, когда работа над фильмом проходит в соответствии с идеальной схемой кино- и телепроизводства (от заявки – до озвучания). Но в жизни встречается множество неожиданных ситуаций. Не всегда режиссер готов в очень сжатые сроки (а на телевидении других и не бывает) взлелеять оригинальный и яркий замысел.

Иногда хорошая идея может появиться по ходу дела. Иногда блестящая идея может перечеркнуть всю уже проделанную работу. Важно только, чтобы режиссерский поиск не превратился в хаотическую суету и судорожные метания, когда отвергается все сделанное накануне.

То, что поиск режиссерского решения – чрезвычайно сложная, иногда даже изнурительная работа, можно продемонстрировать на многих примерах. Один из наиболее поучительных случаев касается опыта работы Михаила Ромма над фильмом «Обыкновенный фашизм».

Выдающийся советский кинорежиссер, профессор ВГИКа, Михаил Ильич Ромм уже в процессе работы над документальным фильмом «Обыкновенный фашизм» понял, что зашел в тупик.

Замысел талантливых сценаристов и самого режиссера сделать фильм-размышление о нацизме, который будет построен на немецких игровых и документальных фильмах 30-40 годов, явно не срабатывал и рушился прямо на глазах. Игровые фильмы оказались неинтересными.