Посмотреть кино

Посмотреть кино Черная молния

Супергерой по-русски - это звучит гордо. Отправляясь посмотреть кино «Черная молния», совершенно не ожидал подобного развития сюжета, поскольку из рекламного ролика по телевизору, абсолютно не угадывается истинная подоплека сюжета. А сомнений в том, что Тимур Бекмамбетов сможет сотворить то, что не вызовет интереса у зрителей, у меня лично никогда не вызывало. И очень рад, что и в этот раз смог посмотреть кино достойного уровня.

С самого начала кино я не был настроен на критическое восприятие и следовал этому настрою до конца. То, что я пошел посмотреть кино с ребенком, и тот остался доволен, как слон и удав вместе взятые, говорит о многом - в частности о том, что режиссер превзошел самого себя, раздвинув границы возрастного восприятия.

С первыми кадрами становится жутковато - каждый кадр буквально давит на тебя: в попытке пробурить алмазный пласт, находящийся под Москвой, предпринимаются попытки, выходящие за грань человеческого разума, той черты, когда теряется сам облик человека. Когда становится понятным, что обычными средствами природную преграду не преодолеть, вспоминается о том, что где-то когда-то разрабатывавшийся нанокатализатор способен спасти ситуацию. Правда, при успешном завершении ситуации по части добычи алмазов, в Москве резко поубавится число жилых и нежилых массивов, а появится картинка, достойная времен военного Сталинграда.

На этой волнующей ноте картинка меняется на учебную аудиторию, в которой два товарища Дмитрий и Максим обсуждают перспективы знакомства с поднимающейся по ступеням прекрасной девушкой. Максим, молодой человек при деньгах, гниловатого внутреннего содержимого, имеет успех у прекрасной половины человечества, в том числе и у Насти (так зовут девушку), основанный на материальном благосостоянии, которое, впрочем, покалечило его Дух.

Дима, парнишка из семьи с небольшим достатком, тяготится тем, что не может себе позволить большей свободы действий, в том числе и в более близких отношениях с Настей. Юноша производит очень благоприятное ощущение. Честно говоря, посмотреть кино с ним ранее не удавалось. Игра напоминает чем-то Петренко, но этому больше веришь, поскольку Петренко - скорее, лубочная картинка.

Настя - песня отдельная. Хочется назвать ее ветреной натурой нового поколения, хотя на язык лезут совсем другие слова. Возможно, Бекмамбетов хотел представить её мятущейся натурой, которая не может выбрать между телесным и духовным благополучием, но на фоне романтической фоновой музыки представления сложилось другое, причем довольно устойчивое.

День рождения. Диме дарят машину, старый ГАЗ-21, которая, хоть и не дышит на ладан, но среди кавалькады мерседесолексусов оставляет лишь смешок на лицах прохожих. По стечению обстоятельств именно в эту машину и был заложен когда-то испытывавшийся нанокатализатор, а папа студиозуса приобрел ее у рабочих, при земляных работах обнаруживших ее в темном помещении под землей, когда когда-то и велись “лабораторные работы“.

Чтобы заработать деньги, наш влюбленный Ромео стал развозить цветы. Как обнаружилось им впоследствии, делать это с помощью ЛЕТАЮЩЕЙ машины гораздо быстрее и прибыльнее. Да! Машина умела летать - «Черная молния».

Человек, который занимался бурением алмазного пласта, оказался и приходящим лектором - этакий дока от бизнеса. На вопрос Димы, как добиться успеха, Виктор Александрович (так звали дядьку) объяснил ему популярно, что помогать никому не надо.

Димка так и действовал до некоторых пор, пока не убили его отца, к которому он не пришел на помощь, хотя от него и требовалось, что оторвать свою задницу от теплого сиденья машины и откликнуться на зов - достойный представитель поколения, у которого вместо зрачков вставлены значки баксов.

С этого момента шарики завернули в правильном направлении за ролики, и Дима вместе со своей «Черной молнией» стал супергероем, Питером Паркером, Суперменом в одном лице, приходя на помощь каждый раз, когда на странице «Одноклассников» приходило ему сообщение. Будьте готовы посмотреть кино с идиотским пиаром. Помимо социальной сети нам пытаются запихнуть под нос «Ментос». Не знаю, почему Макс его так много кушает в фильме, - возможно, у него проблемы с запахом изо рта. Хорошо, что хоть свечи от геморроя не рекламируют. Реклама, блин, без которой никуда.

Ну, да ладно. Все бы ничего, если злому дядьке ВикСанычу не приспичило до дури завладеть нанокатализатором, чтобы его розовая мечта стала-таки осязаемой. Погони, полеты - машинка летает красиво, а спецэффекты, на которые фильмы Бекмамбетова богаты, заставляют организм трепыхаться от адреналиновых выбросов - последние минут 20 кино на экране сплошной драйв.

Как и положено любому кино о супергероях, «Черная молния» - не исключение. Да будет хэппи энд и счастье на всей земле. Ляпы в кино хоть и есть, но так как я заранее включил их возможность в просмотр, то для меня они остались незамеченными.

Итог. Посмотреть кино стоит и стоит это сделать вместе с детишками мужеского полу. Детворе обязательно должно понравиться посмотреть кино такого формата. Фильму ставлю 5 баллов смело.

Посмотреть кино «Блэйд»

РОЖДЕНИЕ БЛЭЙДА

В 1954 году дипломированный психиатр Фредерик Вертам опубликовал книгу “Совращение малолетних”. В ней доказывалось, что американские комиксы превращают детей в злодеев и сексуальных извращенцев и что издатели комиксов - тайные коммунисты, составившие чудовищный заговор против нации.

Эта книга вызвала столь громкий скандал, что дело дошло до слушаний в сенате. Обвинение в коммунизме по тем временам было убийственным - да и что могли возразить издатели, когда их спрашивали, почему на обложках комиксов нарисованы отрубленные головы? Ссылаться на свободу слова и печати тогда было не так модно, как десятилетия спустя.

Единственным способом не выйти из бизнеса стало жесткое самоограничение. Так появился знаменитый “Устав комиксов” - четкий, краткий и исчерпывающий перечень запретов, регламентирующих тексты и графику. Согласно этому уставу издатели могли печатать лишь “безопасные” и бескровные истории с четкой моралью и обязательной победой Добра. Для многих это обернулось финансовым крахом - выжили по преимуществу публикаторы супергероических историй и детских комиксов о веселых животных.

Пятый пункт второй статьи Устава специально запрещал использование нежити: вампиров, зомби, оборотней и прочих зловещих существ. Хоррор-комиксы были тогда весьма популярны, но на долгие годы им пришлось либо исчезнуть, либо уйти в подполье. И лишь в начале 1970-х, когда влияние Устава подтаяло, вампиры и оборотни вновь появились в мире мейнстримных подростковых “книжек с картинками”.

Одним из первых комиксов “свободного” поколения стал сериал студии Marvel (создателей “Человека-паука”, “Людей Икс” и “Карателя”), именовавшийся “Могила Дракулы” и выходивший с 1972 года. Он повествовал о сражениях между истребителями вампиров и жестокими кровопийцами, главным из которых был, разумеется, сам легендарный Повелитель. В десятом выпуске комикса впервые появился чернокожий охотник Блэйд - сын женщины, укушенной вампиром во время родов. Благодаря этому печальному происшествию Блэйд получил иммунитет к укусам кровососов и стал их заклятым врагом.

КИНОГЕРОЙ

Являясь немаловажным героем “Могилы”, Блэйд, тем не менее, не был достаточно популярен, чтобы получить свой собственный кино сериал. Когда же в 1980-х студия на время отказалась от вампирских историй, то Блэйд и вовсе был низведен в третьестепенные персонажи Вселенной Marvel. Лишь в 1994-м он удостоился отдельного сериала, но посмотреть кино комикс можно было лишь на протяжении жалких десяти выпусков.

Как ни странно, именно эта сравнительная малоизвестность Блэйда сделала его идеальным героем для начала романа между Marvel и кино студиями, ориентированными на выпуск блокбастеров. В отличие от Человека-паука или Людей Икс, Блэйд не имел полчищ фанатов, протестующих против каких бы то ни было сюжетных изменений.
Поэтому кино сценарист “Блэйда” Дэвид С. Гойер фактически получил на руки карт-бланш. Впрочем, Гойер и сам не собирался принципиально переписывать оригинал. Пылкий фанат комиксов, он был поклонником приключений Блэйда, а потому изменил их ровно настолько, чтобы подверстать к готико-мистическому стилю двух своих предшествующих сценариев (”Ворон: Город ангелов” и “Темный город”). Последний проект был написан в соавторстве с режиссером кино ленты Алексом Пройасом, и в одном интервью Гойер признал, что он многому научился у Пройаса - и как сценарист, и как будущий кино режиссер.

В 1998 году “Блэйд”, поставленный британцем Стивеном Норрингтоном и сыгранный Уэсли Снайпсом, вышел на кино экраны Зрители умудрились посмотреть кино в мировом прокате больше чем на сотню миллионов долларов - почти в два с половиной раза больше, чем на картину было потрачено (112 миллионов против 45 миллионов).

Воодушевленная этим успехом, Marvel всерьез занялась адаптацией своих комиксов в формат кино, что привело к появлению целой серии высокобюджетных экранизаций. Кино студия New Line Cinema в свою очередь незамедлительно запустила в производство сиквел “Блэйда”. Гойер сохранил право на написание сценария и был произведен в продюсеры, а снимать кино фильм был приглашен мексиканский специалист по ужастикам Гильермо дель Торо.

Вопрос о том, какой из двух первых “Блэйдов” лучше, до сих пор открыт, но само существование подобных споров говорит уже о многом, поскольку обычно сиквелы оказываются заметно хуже оригинала. В данном случае, однако, Гойеру удалось придумать занимательный новый уровень повествования (вампиры объединяются с Блэйдом, чтобы противостоять “вампирам в квадрате”), а дель Торо наделил кино картину мрачными и кровавыми спецэффектами и поединками, поставленными гонконгским мастером Донни Йеном. Напомним, что в первом кино фильме сражения ставил сам Уэсли Снайпс, отнюдь не новичок в мире боевых искусств.

Успех первой кино ленты, сочувственные критические отзывы и “сарафанное радио” способствовали тому, что вторая кино картина, бюджет которой был всего на десять миллионов больше бюджета “Блэйда”, собрала в 2002 году в мировом прокате целых 150 миллионов - не шокирующий, но, безусловно, отличный результат. Зрители полюбили смотреть кино с Блэйдом в главной роли. [...]

Посмотреть кино «Обитель зла. Апокалипсис»

Большая часть злоключений первой “Обители зла” была связана с созданием сценария, и ничего удивительного в этом нет. Человеку, далекому от кино, может показаться, что компьютерные и приставочные игры с “кинематографическим” сюжетом запросто поддаются экранизации.

Чего проще, превратил дизайны художников в советы для специалистов по кастингу, немного поработал над сценарием, поручил трюкачам адаптировать боевые эпизоды кино под возможности живых людей, придумал несколько дополнительных шуток - и можно идти к продюсерам за договором об увесистом гонораре.

На деле, однако, игры со сложным, строгим и хорошо прописанным сюжетом кино экранизировать куда сложнее, чем аналогично построенные книги. Во-первых, какой бы “сценарной” ни была игра, основной упор она все равно делает на игровом процессе: перестрелках, решении головоломок, “прокачивании” персонажей. Изымите интерактивность, и концепция шоу распадается, как карточный домик.

Тут уже ничего не поможет - нужна тотальная переработка идеи и смещение баланса в сторону кино героев, дизайнов, впечатляющего экшена и так далее. Кому охота идти посмотреть кино, чтобы смотреть, как персонаж битый час рыщет по дому в поисках ключа или отвертки?

Во-вторых, даже если вам удалось достаточно точно перенести игровое действие на кино экран, зрители резонно спросят - почему вы второй раз продаете нам то, что мы уже видели на своем мониторе и зачем нам идти опять это смотреть кино?! Как и в случае с сиквелами, публика в глубине души хочет взаимоисключающего - она надеется на кино фильм, который произвел бы столь же приятное впечатление, как и игра, но не был бы точным ее клоном. При этом, если вы слишком отойдете от гейм-оригинала, вас буквально заплюют его поклонники. На фоне подобных проблем попытка проплыть между Сциллой и Харибдой покажется аттракционом из Диснейленда…

Немудрено, что Джордж Ромеро - кино режиссер, не имеющий опыта работы с подобным материалом, зато обладающий ярким авторским взглядом на зомби-фильмы - продюсерам “Обители зла” не подошел. И это несмотря на то, что “Ночь живых мертвецов” Ромеро, которое мы могли посмотреть в кино ранее, была основным источником идей и цитат для японской игровой серии “Biohazard”, в Америке получившей название “Residen1 Evil” (собственно “Обитель зла”)!

Зато режиссер “Смертельной битвы” Пол Андерсон пришелся по вкусу представителям как японской компании Capcom (создатель игр), так и немецкой студии Constantin Film (владелец прав на экранизацию). Продюсера Бернда Айхингера Андерсон покорил своими познаниями в области “игрушечного” кино, а начальству японской фирмы приятно было иметь дело с искренним фанатом “Обители зла”, готовым во всем советоваться с дизайнерами оригинала.

Если Ромеро долго и безуспешно пытался адаптировать для кино сценарий первой игры этой серии, то Андерсон предложил взять совершенно новых кино героев и снять приквел игр - картину, объясняющую, как в Ракун-Сити началась утечка мутагенного токсина, превращающего все живое в монстров и зомби. Это должно было увеличить приток желающих посмотреть кино. Таким образом, режиссер не должен был “мучить” игровой сценарий, фэны “Обители” приобретали дополнительные пояснения по ряду важных для сюжета игры вопросов, а все остальные зрители получали шоу, для понимания которого не требовалось знать кино сериал.

Как и в случае со “Смертельной битвой”, Андерсон не показал себя мастером драматургии, и в итоге “Обитель зла” вышла средненьким хоррор-боевиком, где главной кино звездой стала Милла Йовович - по голливудским меркам, отнюдь не кумир первой величины. Но поскольку бюджет ленты был всего 35 миллионов долларов, то зрители сумели посмотреть кино на целых 100 миллионов - настоящий финансовый успех. Впрочем, Андерсон был уверен в удаче еще до того, как бухгалтеры свели дебет с кредитом. Недаром финал картины указывал на скорое появление сиквела! [...]

Посмотреть кино «Женщина-кошка»

В 1938 году в фильме Альфреда Хичкока “Леди исчезает” Бэзил Рэдфорд и Нонтон Уэйн столь зажигательно сыграли парочку комичных второстепенных персонажей, что впоследствии не раз получали предложения вновь появиться в полюбившихся зрителям образах Чартерса и Колдикотта.

Случай, не слишком распространенный в истории кино: как правило, наибольшим успехом пользуются главные кино герои, и именно их публика хочет снова и снова видеть на экранах. Но иногда роль второго плана (а то и вовсе маленький эпизод) производят такое сильное впечатление, что этот персонаж возвращается - порой даже в отдельном проекте, где ему будет позволено выступить в качестве первой скрипки, чтобы народ опять начал ломиться посмотреть кино с полюбившимся героем.

Сегодня подобная практика чаще всего встречается в голливудских блокбастерах: продюсеры, обратив внимание на популярность того или иного второстепенного кино персонажа (следовательно, на его кассовый потенциал), запускают в производство кино картины, в которых “народный любимец” сможет еще более убедительно продемонстрировать свои достоинства.

Самостоятельный кино фильм уже есть у Царя скорпионов из сиквела “Мумии”, в следующем году на экранах можно посмотреть кино с Электра Начос, сменившая средний план в “Сорвиголове” на крупный - в своем собственном боевике “Электра”. Было время, когда кино театры США остывали после набега “Женщины-кошки” - кино фильма, появление которого предсказывали еще с тех пор, как Мишель Пфайффер поразила всех во второй части “Бэтмена”.

Действительно, студия “Уорнер Бразерс” в течение десяти лет разрабатывала этот кино проект. Поначалу продюсеры надеялись, что Пфайффер сама появится в образе, принесшем ей столь громкий успех, но кино актриса периодически отказывалась, мотивируя свое непреклонное решение в основном тем, что больше не хочет иметь никаких дел с чрезвычайно неудобным костюмом.

Вариант сценария “Женщины-кошки” был написан еще в 1995 году (его даже можно почитать в Интернете), но всерьез о возможной постановке кино ленты заговорили только в начале нового века. И главной проблемой по-прежнему оставался выбор исполнительницы главной роли. Информация о заинтересованности Николь Кидман быстро сменилась новостью о том, что посмотреть кино удастся с Эшли Джадд в главной роли.

Но и эта кандидатура вскоре отпала. Наконец, появилось сообщение, что новой женщиной-кошкой станет Холли Берри - девушка со странной карьерой, которая после “Оскара” за “Бал монстров” снималась далеко не в самых удачных картинах, заведомо не предоставлявших ей возможность подтвердить актерские способности (”Умри, но не сейчас”, “Люди Икс 2″, “Готика”). Очередной ее выбор выглядел особенно необъяснимым, учитывая, что в своих интервью Берри неоднократно заявляла, что не слишком уважает кино фильмы о всяких там супергероях.

Как бы то ни было, темнокожей кино актрисе предстояло примерить черный кожаный костюм, научиться обращаться с хлыстом и поработать с режиссером, чье имя на тот момент уже было известно - и вызывало недоумение американской публики.

Далеко не все постановщики начинали свой путь в кинематографе именно с режиссуры или, тем более, изучали азы ремесла в какой-нибудь кино школе. Альфред Хичкок делал титры для немых кино фильмов, Терри Гилльям был известным художником-карикатуристом, Нил Джордан писал романы, а Жако Ван Дормаэль, прежде чем снять кино фильм своей жизни “Тото-герой”, много лет проработал клоуном в цирке.

В последние годы в режиссерское кресло иногда садятся представители сравнительно новой кинематографической профессии - специалисты по визуальным эффектам: сначала Джон Бруно (с его ужасным “Вирусом”), а затем и французский вундеркинд Питоф. Этот псевдоним Жана-Кристофа Комара в 2002 году в Европе знали все, кто любит по-настоящему посмотреть кино - Питоф, несомненно, являлся главным специалистом по компьютерной графике в европейском кино.

Он прославился работами с Жаном-Пьером Жене и Марком Каро в “Деликатесах” и “Городе потерянных детей”, в 1994 году (за “Коварство славы” Мишеля Блана) получил технический приз жюри на Каннском кино фестивале, придумал знаменитые фантастические превращения кино героев в кассовых хитах французского кино проката - “Пришельцах” Жана-Мари Пуаре и “Астериксе и Обеликсе против Цезаря” Клода Зиди.

В то же время в Штатах имя Питофа никому ничего особого не говорило. Очередное сотрудничество с Жене в голливудском проекте “Воскрешение Чужого” (1998) вряд ли могло произвести ошеломляющий эффект на искушенную в компьютерной графике Америку. Режиссерский же его кино дебют - снятый на цифровую камеру экспериментальный изобразительный этюд “Видок” - так и не смог пробить себе дорогу в американский прокат.

Короче говоря, решение поставить Питофа у руля “Женщины-кошки” выглядело странным. Кино режиссеров из других стран обычно приглашают в США после крупного успеха на родине, тогда как о таланте Питофа Америка была осведомлена не слишком хорошо, потому как не успели как следует посмотреть его кино. Впрочем, с другой стороны, мировая слава Питофа, вероятно, основана не на его режиссерском мастерстве, а на нестандартном воображении и способностях придумывать яркие изобразительные решения при помощи компьютерной анимации.

Возможно, именно всепоглощающая склонность Питофа к броским эффектам и сыграла с Warner злую шутку - в работе над “Женщиной-кошкой” что-то изначально пошло не так, а что-то явно не склеилось, не зашевелилось. После премьеры американские зрители (как и многие европейцы после “Видока”) вынесли единогласный вердикт - назвав фильм чем-то вроде вулкана, извергавшего бенгальский огонь.

Хотя все отмечали визуальное решение кино картины, было очевидно, что Питоф, как и в случае с “Видоком”, чувствует себя прежде всего художником, но совершенно не заботится ни о построении внятного экранного повествования, ни о работе с кино актерами и т.п..

Игру Берри называли из рук вон плохой и предрекали, что “Женщина-кошка” может сделать с карьерой кино актрисы то же самое, что сделал с Беном Аффлеком и Дженнифер Лопес прошлогодний “Джильи”. Фильм с бюджетом в 85 миллионов долларов потерпел сокрушительное поражение в прокате, мгновенно вошел в список ста худших кино лент всех времен и народов, был объявлен самым громким провалом года и главным претендентом на “Золотую Малину - 2004″.

Больше всех досталось Питофу - в кино рецензиях, которые варьировались от умеренно отрицательных до разгромных, кино режиссера обвиняли в создании компьютерной мешанины из цветных кадров. Знаменитый Роджер Эберт из “Чикаго Сан Таймс” и вовсе высказал предположение, что у Питофа, должно быть, есть в запасе еще одно имя - каковым ему и следует воспользоваться при работе над следующим проектом.

ЖЕНЩИНА-КОШКА

Девушка-дизайнер Пэйшенс, работающая в косметической фирме Жоржа Хедера, полностью оправдывает свое имя (Patience по-английски означает “терпение”) - на работе она смиренно сносит все “закидоны” начальства, а дома не может совладать с шумными соседями.

Но в одну не столь прекрасную ночь все меняется - случайно она узнает, что новый крем, который вот-вот поступит в продажу, вызывает кошмарные последствия, и за всем этим стоит жена Хедера. Увы, Пэйшенс не удается сбежать от наймитов злодейки. Девушка погибает, но в ту же ночь она воскреснет - как соблазнительная и смертоносная Женщина-кошка. Закрываются скрипящие деревянные затворки, а вместо них открываются безупречные промышленные ворота, выпускающие наружу нового “зверя”.

Посмотреть кино и не сказать пару крепких слов - вряд ли получится. Как обычно в Голливуде, великолепные актеры, талантливый кино режиссер и спецэффекты на 85 миллионов долларов попросту уничтожены бездарным сценарием, в котором нет ни увлекательной интриги, ни ярких персонажей. Даже главная злодейка настолько нелепа, что финальная “разборка” ничего, кроме смеха (сквозь слезы), не вызывает. [...]